Дайджест СМИ:

Еженедельник о звездах OK! сообщает, что в апреле близкий друг моего со-блогера Кочи – Филипп Киркоров выпускает тройной альбом «ДруGoy». Goy и Gay, Чук и Гек и мальчик девочка – какая в жопу разница. Там еще что-то про карты для игры в «Мафию» с Филиппом Киркоровым в совершенно сумасшедших образах, но я не дочитал, побежал звонить бронировать столики в «Кофе Хаусе».

Мартовский Tatler осторожно ступает на территорию журнала «Квир». Коша и Заюша на выезде.

А русский GQ объявил актера Александра Олешко самым стильным человеком года, хотя, на мой взгляд, Олешка самый стильный на «Плешке».

Anton Karetnikov: 12 февраля я отметил в Х.Л.А.Ме свой день рождения, который был приурочен ко Дню святого Валентина заодно с китайским Новым годом, русской широкой масленицей и новолунием. Вместо подарков гостей просили сделать благотворительный взнос. Призыв поддержать идею благотворительности, свободной от постной мины и лицемерной напыщенности, пришелся по душе многим. На стеклянном подиуме сменяли друг друга в режиме нон-стоп прекрасные, как боги, стриптизеры и стриптизерши «Марио и его мафия» и Diamond Girls, ультраэстетский фрик-ВИА C.L.U.M.B.A., проект SAVVA… Подробнее, русская королева бурлеска Алина Сталина, живые пришельцы Андрей Бартенев и Саша Фролова, модифицированные тела Matrёshki Girls, красные гуттаперчевые люди из Strange Dream Body Art Theatre, Дарья Чи, танцевавшая аргентинское танго под диджейский сет Антона М, сомнамбулический R.O.Z.A. и Дарья Дам Флинт, ради 5-минутного go-go прилетевшая в Москву из Берлина, а звездная парочка Павел Петель и Сергей Остриков зажигали за диджейским пультом. После своего выступления звезды вечера сливались с толпой экстравагантно одетых зрителей в золотом полумраке ресторана. Блеск рубинового конфетти перекликался с мигающими светодиодами красных сердечек на груди у гостей, танцевавших среди оснований гигантских торшеров и свисающих с потолка алых китайских амулетов с шелковыми кистями.

Русский Том Форд Петя Аксенов на кино пока не насосал, зато стал писать светскую колонку в «Независимой газете». Колонка далеко не Page Six, но тоже не без греха. Наконец-то Петя научился, как Керри Брэдшоу задумываться, вскрывая очередное приглашение; улавливать в воздухе дух дорого шампанского; рецензировать оперы и склонять иностранные имена, попутно доказывая читателям, что он не тварь дрожащая, а про дресс-код. Петр, в ваших платьях про дресс-код писать, как минимум недостойно, мы и так все знаем, кто здесь королева без королевства. Ну и мои поздравления жене владельца «Независимой», которая смело идет извилистыми тропами, что сама же себе и наметила.

Вчера, в рамках то ли какого-то фестиваля, то ли очередной общеобразовательной ЛГБТ программы, в «Ролане» предпремьерно показали «Одинокого мужчину». На свет прожектора Тома Форда, как мотыльки, слетелись мода, творческая интеллегенция, крепкие и не очень жопы, активные лесбиянки с силиконовыми подругами, и девичьи компании, выгуливающие новые меховые шапки. Полностью заполнившие зал эти прекрасные люди достали павлопосадские платки, утирать слезы или еще что похуже, а вместо этого просмотрели экранизацию зимнего номера журнала Fantastic Man, про стареющего преподавателя литературы, рефлексирующего в дорогих деревянных интерьерах по погибшему в автокатастрофе любовнику. С пистолетом в портфеле профессор идет на работу прочитать последнюю лекцию и забрать вещи, заходит в банк за маминым обручальным кольцом, мандясь попутно то со своим студентом, то с испанским гастарбайтером, больше похожим на Джеймса Дина, а позже еще и с давней подругой. Так и не сделав тот самый выстрел в рот, он спускается в бар, где снова встречает студента, купается с ним голышом, и понимает, что и счастье еще возможно и «Боржоми» пить не поздно, в этот момент выстреливает то самое ружье, про которое все сперва подумали, что это веник.
Ощущение от кино примерно такое же, как если сразу вынюхать грамма три кокаина: ручки трясутся, ножки сучатся, зубки стучат, а все травести медленно умирают от зависти. Идеальные интерьеры, glass house, на каждый миллиметр выверенные замедленные кадры, шикоз шестидесятых, костюмы из сериала Mad men, музыка из Кар-Вая, и морячки, без которых, сейчас уже никуда. Фильм можно было бы назвать «Красота», убрать все диалоги и выложить видеофайлом в ЖЖ сообщество film stills, если бы не пятнадцатиминутное появление Джулианны Мур в роли главной и единственной fag hag, заставляющее очнуться от этого кокаинового беспредела и понять в чем вообще затык. Естественно, все снято с чувством собственного достоинства и без малейшего намека на самоиронию. Нетронутым двадцатилетним эта красота, наверняка, снесет башню и полностью поменяет представления о мире. Я же в свои двадцать, работая курьером, все очень четко уяснил от двух редакторов журнала AD, с которыми как-то ехал в «конденастовском» лифте. Там одна девушка жаловалась другой, что печеньки в «Академии» очень вкусные, только после них зубки болят.

Пока Москва и москвичи выходят из анабиоза новогоднего угара, social life уже вовсю включилась в, так сказать, рабочий ритм. И если про приезды Джуда Лоу на вечеринку Martini и Хью Гранта на премьеру очередного ромкома писать не интересно, так как все уже отписали, и вообще, что мы Хью Гранта в «Пушкине» ни разу не видели, то про приезд итальянца Марсело Бурлона не написать нельзя. Главред миланского Rodeo, pr и event менеджер Givenchy и просто самый главный итальянский котик ставил в прошлую субботу новые песни Gorrilaz и старые Hercules & Love Affair в баре Auditorium на вечеринке Pink is punk, на которую, несмотря на растяжки на Тверской и рекламу в журналах, практически никто не пришел. Меж тем, вечеринки Pink is Punk в Европе это для молодых моделей, дизайнеров, стилистов и селебов, примерно тоже самое, что для лысых московских геев вечеринки Matinée на «Арме», и если в «Аудиториуме» лысыми геями даже не пахло (что, конечно же, очень хорошо), то за «модели и мы» отвечали: кумир неокрепших хипстерских сердец стилист Александр Рогов со свитой и певец всей молодости нашей Илья Лагутенко в компании Гулливера и почему-то Даны Борисовой. По итогам за всех отдувались, как написано в пресс-релизе к вечеринке, cool kids, модели, ди-джеи и представители арт-тусовки, которых Марсело привез с собой. К сожалению, московские cool kids и представители арт-тусовки выбрали лестницу в «Солянке», ну или там техно на «Арме».

для vconfession.com

«Где эти ёбанные НТВшники? Я уже заебалась их ждать». Ксения Собчак стоит у пресс-волла и отчитывает промоутера Гулливера. На баннере, за спиной у Ксении, напечатано: belonika, «Рецептыши», Audi и что-то еще. В только что открывшемся в «Ритце» баре Auditorium проходит презентация книги рецептов издателя и популярного блогера Вероники Белоцерковской.
Негласная королева вечера – восставшая из ада светский хроникер Божена Рынска, несколько дней назад слившая инсайд о том, что актриса Бриттани Мёрфи умерла на отходняках, после вечеринки на Рублевке. Потом Божену будто бы зарезали в окрестностях Петровки, и, вот, 23 декабря на крыше «Ритца», святой лик рождественского чуда рассказывает о своих перипетиях олигарху Мамуту, пиарщику Бокову, а после хромой и царственной походкой уводит за собой бизнесмена Гарбера и ресторанного критика Ульяну Цейтлину.
Еще один пиарщик Михаил Друян уговаривает купеческого вида чету Ремчуковых пойти на презентацию светского ежегодника «Гламорама»: «Давайте сейчас все вместе поедем, вам подарят красивый, в твердой обложки ежегодник, там все основные светские события перечислены. Мы вас за отдельный стол посадим». Чета Ремчуковых в раздумьях.
В холле бара ищут место, чтобы поесть модели с огромными тарелками в руках. В тарелках пельмени с говядиной, или с курицей и грибами, обильно политые соусом, напоминающим майонез. Дизайнер Надя Сказка просит сначала положить ей гречку, затем два куска баранины с гречкой, но потом решает от гречки отказаться в пользу еще одного куска баранины.
Уставшая Белоцерковская перед отъездом раздаривает всем желающим цветы, которыми ее ранее поздравляли друзья. Диджей Фомин даже не изображает какую-либо деятельность: он либо стоит у пульта с гордо поднятой головой, либо куда-то отходит каждые десять минут. В колонках играет лаунж из начала двухтысячных, хит прошлого лета Blind и хороший ремикс на какую-то старую и не очень известную песню Виктора Салтыкова. Те, кого пригласил пиарщик Друян уезжают в «Галерею» на «Гламораму», те, кто попроще – допивать свое в «Жан Жак». Книг на всех не хватает. Книжный критик Шаталов, на следующий день, пожалуется в своем блоге на то, что Вероника и ее издательство на вечеринку его не позвали, и пришлось идти по чужому приглашению. И закончит свой пост двумя чудесными предложениями: Так что вечер, начавшийся с Никоса Сафронова, закончился пением турецких песен с депутатом турецкого парламента. А это ли не смысл бессмысленных вечерних прогулок по заснеженному городу?

поздравляем дарью александровну с рождением ребёнка вскл павел зпт александр зпт екатерина зпт алексей тчк

Эммм, подруга Федора Павлова-Андреевича — Катя Бочавар в ноябрьском номере журнала «Сноб»: Это только кажется, что я делаю украшения, — на самом деле я работаю с подкоркой. Это не просто брошки и бусы, а мини-скульптуры. Интересно, когда в этой стране кто-нибудь начнет делать не произведения искусства и мини, блядь, скульптуры (откуда она вообще это взяла?!), а обычные, нормальные украшения, ну или обычную и нормальную одежду, ну или что-нибудь не с приставкой «арт». Чтобы носить было можно и не стыдно, и по ценам как в H&M, например, а не по 5 000 за брошку, от никому неизвестной Бочавар Кати.